Жертва весны

"Если ты можешь проснуться в другом месте и в другое время, чем то место и время, в котором ты заснул, почему бы однажды тебе не проснуться другим человеком?" Бойцовский Клуб - Чак Паланик

Встречаешь человека из прошлого. Уже далекого прошлого.
До сих пор тебя связывала с ним только тоненькая ничточка воспоминаний.
Таких безгранично приятных воспоминаний, которые ты не сможешь забыть в течение всей жизни, даже если будешь умолять кого-то на небесах.
И вот сидит он напротив тебя, смотрит в глаза, и вроде глаза нечужие, но уже обычные такие глаза. Мощный флэшбэк.
Больше всего на свете хочется взять этого человека за руку и сказать: "А помнишь, как мы..."
Вероятность, что он разделит твое настроение - ничтожна.
Это называется жизнь.

Как-то ночью Патриарший мост..

Это вполне естественно. Находишь, что тебе нужно. Осторожно подкрадываешься. Хватаешь. Присваиваешь себе. Теперь это твое. И когда оно стало твоим, ты его просто выбрасываешь за ненадобностью.
Чак Паланик "Уцелевший"

Дружба - это когда обстоятельства меняются, а желание делиться радостями, проблемами, переживаниями и прочимии эмоциями остается.

Боль...
Боль будет всегда. Без нее сложно прожить. Не потому, что она неизбежна, а потому что она необходима.
Боль дает или отбирает жизнь. Прячась за нытьем и бездействием, ты становишься слабым. Нет, не становишься, ты всегда им был. Ты остаешься слабым.
Боль - это стимул. Стискивая зубы, находишь в себе силы идти дальше.
Боль позволяет. Позволяет стать кем-то, кем никогда не был и, возможно, даже не хотел быть.
Боль - путь к совершенству или ничтожеству.
Боль - это сила и дар.

Возможно, сегодня я последний раз в этом году так потрясающе гуляла по Москве.
Самая комфортная погода, которая только может быть (+20), легкий прохладный ветерок, голубое небо с гармонично оттеняющими облаками и лучшая подруга с душевными беседами.
Мы гуляли по набережной Москва-реки и ругались на обилие машин на дорогах, строили глазки молодым людям в дорогих иномарках и любовались уличными фонарями в пленительной и завораживающей темноте города.
Как будто лето не закончилось.
Как будто так было всегда.

"Одно из преимуществ ведения дневника состоит в том, что с успокоительной ясностью осознаешь перемены, которым ты непрестанно подвержен и в которые ты в общем и целом, конечно, веришь, догадываешься о них и признаешь их, но всякий раз именно тогда невольно отрицаешь, когда дело доходит до того, чтобы из этого признания почерпнуть надежду или покой. В дневнике находишь доказательства того, что даже в состояниях, которые сегодня кажутся невыносимыми, ты жил, смотрел вокруг и записывал наблюдения, что таким образом, вот эта правая рука двигалась, как сегодня, когда ты благодаря возможности обозреть тогдашнее состояние, правда, поумнел, но с тем бОльшим основанием ты должен признать бесстрашие своего тогдашнего стремления, сохранившегося несмотря на полное неведение".

Франц Кафка, из дневников.

"Бесспорно: всё, что я заранее, даже ясно ощущая, придумываю слово за словом или придумываю лишь приблизительно, но в четких словах, на письменном столе при попытке занести на бумагу становится сухим, искаженным, застывшим, мешающим всему остальному, робким, а главное - нецельным, несмотря на то что ничто не забыто из первоначального замысла. Разумеется, причина этого в значительной степени кроется в том, что вдали от бумаги я хорошо придумываю только в состоянии подъема, которого я больше боюсь, чем жажду, как бы я его ни жаждал, но полнота чувств при этом так велика, что я не могу справиться со всем, черпаю из потока вслепую, случайно, горстями, и все добытое таким способом оказывается при спокойном записывании ничтожным по сравнению с той полнотой, в которой оно жило, не способным эту полноту выразить и потому дурным и вредным, ибо напрасно привлекло к себе внимание".

Франц Кафка, из дневников.